Введение. Проблема йододефицита остается одной из наиболее актуальных в современном мире. По данным ВОЗ, около 2 миллиардов человек проживают в регионах с недостаточным содержанием йода в окружающей среде. Традиционные методы обогащения пищи йодом имеют ряд существенных ограничений: нестабильность неорганических соединений, низкая биодоступность, риск передозировки. В связи с этим разработка новых форм йодсодержащих соединений является приоритетным направлением биотехнологии. Особую значимость приобретает создание белковых комплексов с йодом, обеспечивающих контролируемое высвобождение микроэлемента. Одним из последних препаратов, разработанных на основании этого подхода, является «Протойод», содержащий йодированный мицеллярный казеин в легкорастворимой форме. 

Цель. Целью данной работы является исследование функциональной эффективности Протойода в профилактике и лечении экспериментального гипотиреоза в сравнении с классическими источниками йода. 

Материалы и методы. Для оценки эффективности использовались гистологические методы изучения строения щитовидной железы после применения йодсодержащих препаратов на модели экспериментального гипотиреоза, а также определение уровня гормонов щитовидной железы в сыворотке крови крыс. Срезы щитовидной железы крыс окрашивали гематоксилин-эозином и подсчитывали относительную площадь тканевых компонентов щитовидной железы на оцифрованных снимках срезов с помощью программного обеспечения One Cell. Уровень тиреотропного и тиреоидных гормонов определяли методом иммуноферментного анализа. Результаты. Исследования показали, что Протойод —  полностью растворимый препарат, содержащий ковалентно связанный йод, — значительно превосходит по эффективности препараты сравнения, которые в настоящее время применяются для профилактики йододефицита, что, по-видимому, связано с его высокой биодоступностью. Высокие дозировки Протойода не угнетают синтез тиреоидных гормонов.

Выводы. Полученные экспериментальные данные позволяют сделать вывод о его высокой эффективности в коррекции йододефицитных состояний.

Введение. АМФ-активируемая протеинкиназа (АМФК) играет существенную роль при адаптации клеточного метаболизма к условиям гипоксии. При этом выраженность и интенсивность АМФК-зависимых приспособительных механизмов зависят от продолжительности и силы воздействия гипоксического стимула, что можно использовать в ходе гипоксических тренировок. 

Цель исследования: изучить динамику тканеспецифичного изменения концентрации АМФК в условиях кратковременной гипобарической гипоксии у мышей линии BALB/c.

Материалы и методы. Кратковременную гипобарическую гипоксию моделировали путем помещения животных в барокамеру с воздухом, насыщенным кислородом на 14 % (эквивалентно высоте 4000 м над уровнем море). Продолжительность гипоксии составляла 120 сек., 240 сек., 360 сек., 480 сек., 600 сек. и 720 сек. Далее у мышей производили забор крови и внутренних органов (печени, скелетных мышц, головного мозга, подкожной жировой клетчатки) с получением сыворотки и супернатантов соответственно, в которых оценивали концентрацию АМФК. Содержание АМФК определяли методом твердофазного иммуноферментного анализа. 

Результаты. Гипобарическая гипоксия продолжительностью 120 сек. способствует уменьшению содержания АМФК в сыворотке крови, но приводит к изменению концентрации фермента в супернатантах внутренних органов. В дальнейшем было показано, что содержание АМФК находится в сильной корреляционной зависимости со временем гипоксии (для сыворотки крови R2 = 0,7519; печени R2 = 0,8873; подкожной жировой клетчатки R2 = 0,8479; скелетных мышц R2 = 0,9406; головного мозга R2 = 0,8516). Наиболее значимые изменение отмечены при длительности гипобарической гипоксии 720 сек., когда содержание АМФК увеличилось относительно интактной группы мышей: в супернатанте подкожной жировой клетчатки — на 106,0 %; в супернатанте печени — на 115,2 %; в скелетных мышцах — на 96,0 % и в головном мозге — на 155,2 % (все перечисленные показатели: p < 0,05).

Выводы. Кратковременная гипобарическая гипоксия длительностью от 4 до 12 мин. способствует повышению уровня АМФК в головном мозге, скелетных мышцах, печени и подкожной жировой клетчатке, тогда как в сыворотке крови содержание АМФК достоверно уменьшалось. Полученные результаты могут использоваться при изучении механизмов адаптации организма к условиям гипоксии.

Введение. Непрерывный мониторинг глюкозы (НМГ) всё активнее используется без диагностированного сахарного диабета как средство наблюдения за реакциями на питание, сон и физическую активность. Технологическая доступность НМГ опередила формирование строгих правил интерпретации получаемых графиков, поэтому в потребительском и профессиональном дискурсе нередко смешиваются описательная ценность высокочастотных измерений, диагностические возможности и ожидаемый профилактический эффект.

Цель. Критическая оценка того, в какой мере данные непрерывного мониторинга глюкозы могут служить научно обоснованным компонентом персонализированного питания у взрослых без диагностированного сахарного диабета.

Материалы и методы. Выполнен критический нарративный обзор литературы о применении непрерывного мониторинга глюкозы в персонализированном питании у взрослых без диагностированного сахарного диабета. В базах PubMed/MEDLINE, Scopus и Web of Science Core Collection отбирали рецензируемые исследования индивидуальных постпрандиальных реакций, аналитической точности и воспроизводимости НМГ, а также рандомизированные и нерандомизированные исследования персонализированных пищевых вмешательств. Дополнительно анализировали систематические обзоры, метаанализы и действующие документы профессиональных и регуляторных организаций. Данные синтезировали по последовательной доказательной модели: валидность сенсорного сигнала, воспроизводимость индивидуальной реакции, её добавочная прогностическая ценность и эффективность рекомендаций по клинически значимым исходам.

Результаты. Накопленные данные убедительно показывают межиндивидуальную вариабельность постпрандиальной гликемии и позволяют использовать НМГ для описания повторяющихся поведенческих паттернов. Вместе с тем прибор измеряет глюкозу интерстициальной жидкости, а не лабораторную концентрацию глюкозы плазмы; результаты зависят от устройства, условий измерения и внутрииндивидуальной вариабельности. Поэтому единичный пик, снижение после еды или ночное сенсорное значение не являются самостоятельным основанием для оценки качества продукта, диагностики преддиабета, реактивной гипогликемии, стрессовой гипергликемии или так называемой метаболической гибкости. Рандомизированные исследования показывают, что программы персонализированного питания могут улучшать отдельные промежуточные показатели, однако эффект нельзя приписать НМГ как изолированному инструменту, а для здоровых нормогликемических взрослых пока не доказана устойчивая клиническая польза.

Заключение. Центральный тезис статьи состоит в том, что НМГ у лиц без диабета следует понимать прежде всего как средство высокочастотного фенотипирования и формирования проверяемых гипотез, а не как автономный диагностический или терапевтический инструмент. Следующий этап развития области должен быть связан с воспроизводимыми вмешательствами, прозрачными алгоритмами и клинически значимыми конечными точками.

Введение. Черепно-мозговые травмы представляют серьезную медико-социальную проблему, требующую разработки эффективных нейрореабилитационных стратегий, включая специализированное нутритивное поддержание. Модель Drosophila melanogaster с экспериментальной ЧМТ является высокоэффективным инструментом для скрининга потенциальных нейропротекторных средств благодаря консервативности фундаментальных биологических механизмов у дрозофилы и человека.

Цель исследования. Изучение способности специализированного энтерального продукта улучшать выживаемость и функциональный статус у мух Drosophila melanogaster после моделирования черепно-мозговой травмы.

Материалы и методы. Исследование проводилось на 6 группах мух: травмированные и интактные мухи, получавшие стандартную питательную среду с добавлением 1 % опытного или контрольного продукта, а также группы на стандартной среде без добавок. ЧМТ моделировали с помощью оригинальной установки для высокоударной травмы. Оценивали индекс смертности через 24 часа, выживаемость по кривой Каплана — Мейера, двигательную активность в тесте «отрицательный геотаксис» в течение 4 суток после травмы, а также гистопатологию мозга.

Результаты. Введение опытного продукта привело к снижению острой летальности в группе травмированных мух с опытным продуктом (ТМ-О) на 22,9 % и 24,0 % относительно групп с травмой на стандартной среде и с контрольным продуктом соответственно. Мухи группы ТМ-О демонстрировали более высокую двигательную активность в отдаленном периоде и максимальную среди травмированных групп продолжительность жизни, сопоставимую с интактными мухами. Гистологический анализ выявил менее выраженные патологические изменения в мозге мух группы ТМ-О по сравнению с остальными травмированными группами.

Выводы. Установлено, что продукт ЭП из мяса свиней-реконвалесцентов обладает выраженным нейропротекторным и функционально-восстановительным действием в модели ЧМТ у D. melanogaster. Научная новизна заключается в первичном экспериментальном подтверждении эффективности принципиально нового подхода к созданию специализированных продуктов —  использования прижизненно модифицированного мяса животных, адаптировавшихся к патологии ЦНС. Полученные результаты обосновывают перспективу дальнейших доклинических и клинических исследований данного продукта в качестве компонента метаболической поддержки для пациентов с повреждениями головного мозга.

Введение. Пищевые волокна критически важны для здоровья желудочно-кишечного тракта, нормализации обмена веществ, контроля веса и профилактики хронических заболеваний, поскольку питают микрофлору, снижают уровень холестерина и сахара, улучшают пищеварение. Большинство людей потребляют пищевые волокна недостаточно, что делает обогащение ими продуктов питания весьма актуальной задачей. Для получения обогащенных продуктов с хорошими потребительскими качествами актуальным является разработка способов модификации свойств пищевых волокон различного происхождения, а также создание пищевых систем на их основе. Одним из перспективных направлений повышения функционально-технологических свойств пищевых волокон является их биотехнологическая модификация. Ферментативный гидролиз рассматривается как эффективный способ увеличения растворимости и биодоступности волокон за счет частичного разрушения полисахаридных структур. Актуальным является также изучение влияния физических факторов на свойства ферментов.

Цель. Изучение влияния ферментативного гидролиза в сочетании с СВЧ-обработкой на функционально-технологические свойства композитов растворимых и нерастворимых пищевых волокон для их последующего применения в технологии мясных продуктов.

Материалы и методы. Объектами исследования являлись волокнистые композиты на основе пшеничной клетчатки Vitacel® WF 200 и инулина Fibruline® Instant. Для модификации свойств клетчатки использовали ферментативный гидролиз с применением препарата Celluclast®, обладающего целлюлолитической активностью. По окончании гидролиза систему подвергали термической обработке двумя способами: СВЧ-нагревом, нагревом на водяной бане. Изучали свойства композитов с различным соотношением «клетчатка/инулин», а также влияние способа растворения инулина на свойства композитов.

Функционально-технологические свойства композитов оценивали по степени набухания и водоудерживающей способности.

Результаты. Установлено, что комплексная модификация пшеничной клетчатки, основанная на ферментативном гидролизе с последующим СВЧ-нагревом, является эффективным подходом к улучшению её функционально-технологических свойств, а также свойств её композитов с инулином, в частности, степени набухания и водоудерживающей способности. Установлено, что способ получения раствора инулина оказывает существенное влияние на водоудерживающую способность композита. Соотношение пшеничной клетчатки и инулина 1:1 обеспечивает наилучшие показатели исследуемых свойств.

Выводы. Полученные результаты подтверждают эффективность применения разработанного подхода при создании функциональных мясных продуктов и других пищевых систем, требующих повышения водоудерживающей способности, текстурной стабильности и пищевой ценности. Использование предложенных композитов может быть рекомендовано для оптимизации технологических процессов и повышения качества готовой продукции.

Введение. Постуборочная микробная порча остается одной из ключевых причин потерь плодоовощного сырья и снижения их товарного качества, увеличивая экономические издержки и ресурсный след производства. В связи с этим растет интерес к экологически безопасным технологиям биоконсервации, которые включают дрожжевые продукты, не приводящие к образованию нежелательных остатков.

Цель. Систематизировать данные о составе, биологической активности и направлениях применения производных клеточной стенки дрожжей (КСД) для снижения постуборочной заболеваемости фруктов, сохранения показателей качества и уменьшения рисков, связанных с микотоксинами, а также оценить технологические подходы, повышающие эффективность таких решений.

Материалы и методы. Обзор выполнен на основе структурированного поиска, отбора и синтеза литературных данных. Поиск проводили в Web of Science Core Collection, Scopus, PubMed и Google Scholar; дополнительно анализировали релевантные русскоязычные публикации, отобранные в РИНЦ. Учитывали работы на русском и английском языках за период 2005–2025 гг. Отбор выполняли в два этапа (по названиям/аннотациям и по полным текстам) с фиксацией причин исключения на этапе работы с полными текстами.

Результаты и обсуждение. Функциональные свойства КСД определяются архитектурой и составом (β-глюканы, маннаны/маннопротеины, хитин), что обусловливает сорбционные характеристики и возможность использования КСД как матрицы для доставки активных соединений. Обобщены данные о снижении выраженности постуборочных гнилей и поддержании качества при хранении, а также о потенциале уменьшения риска микотоксинов за счет подавления токсигенных патогенов и/или сорбции токсинов. Перспективными направлениями являются стандартизация сырья и режимов применения, оптимизация получения полисахаридных фракций и разработка комбинированных решений с природными антимикробными агентами, антагонистическими микроорганизмами и съедобными покрытиями. Ограничения доказательной базы связаны с вариабельностью исходных материалов, неоднородностью протоколов и недостатком данных, полученных в условиях, близких к производственным.

Выводы. Дальнейшие исследования должны быть направлены на унификацию характеристик производных клеточной стенки дрожжей, оптимизацию составов и подтверждение их эффективности в реальных логистических цепочках. Это позволит реализовать их потенциал как основы устойчивых постуборочных технологий для фруктов.